| Польский театр в Москве, "Ромео и Джульетта" |
[Apr. 4th, 2009|09:08 pm] |
Я очень люблю это произведение, видела уже много постановок и экранизаций. Должен быть какой-то выход крепко сидящим во мне сентиментальности и идеализму! R&J - это лакмусовая бумажка любому режиссеру, концентрация его мировоззрения, метода, таланта. В Польский театр попали случайно. Приятное помещение Дома Высоцкого на Таганке, приятная погода, когда хочется есть мороженое и гулять по московским переулкам... При входе в зал, увы, обаяние вечера рассеялось. Очень громко. Очень маленький зал и очень-очень громкая "молодежная" музыка. На сцене творилось примерно пятое по счету занятие начинающих брэйк-дансеров. Совсем некрасиво это было, совсем. Люди не умеют танцевать, но зачем-то танцуют перед публикой, заплатившей за билеты. Удивительное это начало очень повлияло на дальнейшее восприятие спектакля, да. Спектакль авангардный, то есть слепленный из кусочков. Каждый кусочек отдельно оригинален, забавен, содержит работу над текстом, характером, пространством. Много действительно хороших находок - динамичная пластика и ежеминутно меняющееся сценичекое пространство притягивают взгляды, создают атмосферу, обозначают почерк режиссера. Однако в целом полотно спектакля осталось несшитым - впечатление показушного новаторства ради новаторства было основным. Возможно, замысел режиссера плохо воплотили занятые в спектакле молодые актеры? Они хорошо отрабатывали пластику и хрошо знали текст, но постоянно "кололись" и почти не выходили из образа "ах, я играю на настоящей сцене". Такие режиссерские находки, как исполнение одной роли несколькими артистами, замена женского персонажа мальчиком-актером и наоборот только усиливало в артистах ощущение "прикольности" происходящего - увы, сказывающееся на их работе. Впрочем, далеко не все находки спектакля были, простите за плохой каламбур, находчивы. Множество оригинальнейших моментов постановки были аккуратно изъяты из фильма Бэза Лурмана. Глядя на стильного черно-белого Тибальда, на гламурную кормилицу в темных очках, на мулата-Меркуцио, на дух карнавала в венецианской маске я готовилась увидеть, как Ромео берет заложника и отстреливается перед гробницей Джульетты... До этого не дошло. Вторая часть трагедии по сути своей более лирична, в нее трудно вставить авангардные элементы, не снизив пафос спектакля. И режиссер, к счастью, почти целиком самовыразился до антракта, позволив после него актерам и зрителям проникнуться духом произведения. И во второй части действительно произошло маленькое волшебство - я увидела, что актеры могут играть хорошо, если им позволить это сделать. Шекспир!.. твое произведение было реквизитом, листы твоей трагедии комкали и использовали как метательные снаряды, на поклоне актеры устроили фейерверк из только что сыгранной пьесы... но ты, несомненно, все же заронил искру театрального волшебства в души этих людей, самому старшему из которых нет и двадцати... Да, мы с супругом попали на спектакль очень случайно. Публика состояла из друзей и родителей актеров. Эдакая самодеятельность. К сожалению, не могу упомянуть поименно занятых в спектакле - программки не были предложены. |
|
|